Касса:­ (4942) 31-20-29

Страшное фэнтези о золотом петушке

Страшное фэнтези о золотом петушке

Костромской областной театр кукол.

Александр Пушкин «Сказка о золотом петушке». Режиссёр – Сергей Балыков.

Дата премьеры – 23 ноября 2019 года.

 «Сказка о золотом петушке» в постановке художественного руководителя Астраханского театра кукол Сергея Балыкова получилась достаточно академичной, но при этом в спектакле появились новые образы и конфликты – здесь кроме царя и звездочёта действуют рассказчик в маске Пушкина, воевода, нянька при царе и сама Шамаханская царица. Художник-постановщик из Санкт-Петербурга, двукратный номинант на «Золотую маску» Елена Вершинина создала сказочные декорации под влиянием лаковой миниатюры Палеха. Традиционный чёрный фон шкатулки прекрасно сочетается со сценическим «чёрным кабинетом», в котором артисты, работающие с куклами, не видны, или видны как чёрные тени.

Куклы высокие – сантиметров по 80. Лица – выразительные, характерные, утонченные. Шамаханская царица отличается от своих гапитно-тростевых собратьев: у нее в основе не гапит (механизм для управления головой и подвижными частями головы – если есть такие), а гибкий позвоночник из нескольких звеньев. Художник ставила задачу – чтобы в этой магической женщине было нечто змеиное, поэтому во время танца перед царём она извивается во все стороны, её красивые руки и навеки застывшее, уже не юное, но красивое и умное лицо Медузы Горгоны завораживают не только подключившегося к её волшебному танцу царя, но и зрителей. Каждой куклой управляют по два человека, а царицей – три. Притом красота лица и рук – иллюзия, которая создаётся, если смотреть на героиню из зала; с близкого расстояния, как картина Коровина, кукла выглядит несколько иначе. Кукольная царица умудряется танцевать восточный танец, двигая бёдрами и выгибаясь во все стороны. На этой постановке понимаешь, какая непростая профессия – оживлять такие тонкие и сложные предметы как куклы; как нужно чувствовать и механизм куклы, и партнёра, как нужно уметь чётко работать в команде и сколько души нужно вложить в каждое действие, при том, что твоего лица не увидит никто.

Царь (заслуженный артист России Сергей Рябинин), решивший отдохнуть на старости лет, ловит рыбку, когда наступают мирные года, играет со своим воеводой в камень-ножницы-бумага на щелбаны – эти эпизоды родились, вероятно, не без влияния плеяды комически-милых советских мультипликационных царьков. Хотя маска самого царя в этой постановке не предполагает в нём ни наивности, ни комики. Интересные отношения получились у Дадона и няньки (заслуженная артистка России Наталия Бобкова). Нянька трогательно ухаживает за царём, она же предлагает обратиться к мудрецу за помощью. Эта же порождённая постановщиком героиня провожает царя на неведомую битву – и сцена получилась деликатной, даже романтической. В театре кукол соприкосновения, объятия, поцелуи всегда получаются трепетными, нежными, и здесь как раз тот самый случай – когда тонкие чувства оживляют. Царь успокаивает свою пожилую компаньонку, смахивает трясущейся кукольной рукой её кукольные слёзы. После таких интимных прощаний с нянькой царь подпадает под чары царицы (Мария Логинова). Шамаханская царица с причёской Медузы Горгоны и талией змеи, танцует свой магический танец, и царь тоже не отстаёт – получается прекрасный дуэт, в котором есть и страсть, и магия, и эротика, и подчинение, и доля ужаса. Кто она, эта царица? Возможно, всего лишь мужская фантазия, идеальная женщина, которая существует только в головах мужчин, идеал, ради которого они готовы драться насмерть, забыв про всё на свете. Собственно говоря, и появляется она в какой-то заколдованной местности, в долине, над которой мечутся белёсые духи. А, возможно, она какой-то аспект воплощённого зла, несущий гибель всем, кто на неё посмотрел.

Когда царь возвращается с царицей-невестой, а нянька встречает их хлебом-солью, не ожидая увидеть не только господина, но и новую госпожу – получается ещё один сюжет и понятно, почему нянька быстро сворачивает разговор (заболталась я с вами). Мужскую уверенную помощь царь получает от воеводы (Анатолий Дорн) – этот герой может и пожалеть, и поплакать, и в то же время стимулировать как воин – не время плакать, надо «ворога сыскать».

В финальной сцене очень жаль звездочёта (Андрей Беляев); герой ожидаемо погибает, но ты как будто не до конца понимаешь, что это кукла. Хотя звездочёт – персонаж возрастной, возможно, верно, что его исполняет молодой артист со свежим, без лишних обертонов голосом, не колеблется, свободно играет с интонацией: ведь он один видит действительность такой, какова она есть. Разве что стоит добавить немного лидерских нот, противостоять царю. Сцена гибели самого царя сделана с эффектом замедленной съемки – это возможно только в театре кукол: герой медленно падает по дугообразной траектории, так же медленно слетает с его головы корона.

Музыка, подобранная режиссёром, прекрасно подкрепляет визуальное решение, создаёт атмосферу мистики, колдовства. Музыка же отлично иллюстрирует внутреннее состояние героев, заменяя живую мимику. Так, именно благодаря музыке мы понимаем глубину тоски царя в ожидании вестей от старшего сына, ушедшего с ратью по «тревоге». Здесь создаётся практически образ царя как в древнем эпосе, его переживания глубоки и лиричны. Высокий чистый звук -  трагический мотив надолго задерживается в памяти, не покидает зрителя и заставляет возвращаться к непростому сюжету пушкинской сказки. Во многом благодаря музыке, задаваемому ею ритму, сказка обретает очертания притчи. Музыка же задаёт тон и походу царя – войско здесь изображается при помощи ярких щитов и музыки с одной стороны современной, а с другой – стилизованной под средневековую, рыцарскую.

Декорации созданы из увеличенных репродукций палехской росписи, только местами пейзажи подкрашены так, что при особом освещении получаются совершенно фантастические фосфоресцирующие синеватые виды закатных полей и рощ, создаётся инфернальная атмосфера трагического побоища. Горы, между которыми полегли войска царских сыновей, как между Сциллой и Харибдой, не имеют таких чётких линий, как город царя и сами объемные куклы; их мрачное сфумато подчёркивает потустороннее происхождение настигшей царевичей беды. Здесь немало интересных художественных находок, которые во многом формируют образ сказки, создают атмосферу мистики и в то же время – поддерживают совершенно бытовые отношения. Так, сказочным образом в шатёр, преобразованный в карету, впряжён конь и его не забывают выпрячь и увести, как положено, под уздцы. Ничто не возникает ниоткуда и не исчезает просто так.

Кажется, что все россияне с детства знают все сказки Пушкина – если не наизусть, то содержание должны помнить. Эта сказка не для малышей, для детей, не младше 5 лет. И после просмотра здесь будет о чём поговорить, что обсудить и вместе осмыслить родителям вместе с детьми. Эта история хороша и для взрослых, без детей – постановка помогает понять заложенные автором глубины этой сказки. Костромская постановка «Сказки о золотом петушке» получилась не проходной, она запомнится надолго, если не на всю жизнь. И, возможно, откроет для кого-то мир театра кукол. А тот, кто скажет, что спектакль скучный, скорее всего, даже не захотел задуматься над увиденным. А ведь это – Пушкин, глубокий и содержательный, любовно и тонко осмысленный мастерами кукольной сцены.

Текст: Ирина Пекарская, театральный критик, член СТД РФ